По северо-западу Франции. Часть 3

Часть 3. На родине кальвадоса

Автор Ю. Полуэктов

Cамый большой мост через Сену.

Спустившись от Этреты на сорок километров к югу, мы по великолепно зрелищному вантовому мосту «Нормандия» перебрались через эстуарий реки Сена и очутились в ещё одном портовом городке Онфлёр, расположенном у самого синего моря. В моём понимании порт – это грандиозное предприятие с многочисленными кранами, денно и нощно опускающими свои загрёбистые руки в трюмы пришвартованных кораблей, выгружая и загружая грузы морских странников.

Вантовый мост «Нормандия»

Онфлёрский порт представляет собой, в общем-то, небольшой рукотворный прямоугольник воды в центре города, грубо выражаясь, не самая большая канава меньше, чем стометровой ширины. Порт был заполнен лёгкими одномачтовыми парусниками, стоявшими бок-о-бок вдоль берегов. Так что я, фотографируя живописные ряды яхт, не сразу осознал, что эта стоянка и есть порт. И, тем не менее, это и был Старый порт, в своё время, словно магнит, притягивавший к себе не только суда, но ещё и художников импрессионистов, массово наезжавших сюда из Парижа в поисках единственного мгновения, которое остановило бы изменяющийся свет в окнах выразительных домов и в их отражениях на зеркале гавани. Вообще, начало нашего путешествия от Руана до Онфлёра вполне можно было бы проиллюстрировать интереснейшими работами французских художников, настолько живописны и привлекательны эти места.

Старый порт Онфлёра.

Грузовой же порт Онфлёра расположен в полутора километрах от города, и там останавливаются, в том числе, и круизные лайнеры. А настоящий современный морской порт с хищными клювами больших портовых кранов виднелся на противоположном берегу Сены, ближе к Ла-Маншу, но это уже в городе Гавр.

Первые этажи старинных прибрежных домов – сплошь ресторанчики, накрывшие  большими полотняными навесами, всю прибрежную полосу, уже были полны туристами. Мы сели за столик и, заражённые неявно присутствующей многовековой атмосферой портового разгула, забыли о режиме финансовой скромности и слегка разгулялись. Набрали салатов с анчоусами, с беконом, с жареным сыром, мидии, оливки и, несмотря на то, что в планах было посещение столицы устриц, заказали дюжину этих двустворчатых моллюсков. Взрослые члены экспедиции остановились на разных вариациях рыбы, а отрок предпочёл питательный стейк с картошкой. Он вообще был главным едоком в нашей компании, имея на то серьёзные основания: юный растущий организм, вытянувшийся под метр девяносто, нуждался в высококалорийном питании. В стране яблок к ужину заказали четыре бутылки разного сидра. Юноша ещё не употреблял. Он, вообще-то, вполне мог уже считаться мужчиной взрослым, ибо перед отлётом во Францию впервые окосил безопасной бритвой пух со щёки своя, но пока что считал себя  убеждённым сторонником здорового образа жизни.

Салат из анчоусов.

Ужин получился замечательным, сидр – хорош, но сладок, и мы усугубили гульбу шоколадным муссом, фонданом и кальвадосом. Кальвадос, как и Монпарнас, слово-символ из литературной юности, из произведений Ремарка. Тогда я, тоже едва освоивший бритвенный станок, и не подозревал что это простой крепкий напиток, родной брат нашего самогона. А герои «Триумфальной арки» ценили напиток не за вкус, а за крепость. По человечески я их теперь понимаю.  Показалось, что портовый кальвадос только что вышел из аппарата, охлаждён и слегка ароматизирован. А в дубовой бочке, как полагается настоящему нормандскому бренди, так и не побывал. Живо вспомнились уже не молодые, скорее срединные годы жизни, когда я, имея избыток дачных яблок, баловался производством запрещённого в СССР народного напитка, который, как оказалось, сильно смахивал на продукт из Онфлёра. Такое своеобразное алкогольное дежавю.

Морской музей Онфлёра.

После кальвадоса стало казаться, что и устрицы были с изъянцем: мелковаты, не давали массы, которая бы должным образом обволакивала горло, проваливаясь в пищевод.  Короче, эти два пункта вполне можно было исключить из меню ужина, сэкономить, но как бы мы тогда узнали правду о заразительных пиршествах морских скитальцев и сухопутных пилигримов в портовых кабачках всех времён и территорий?

Не совсем оправданные траты в ресторане и живые воспоминания о пикниках местного населения  на брегах Ла-Манша в Фекане побудили нас, едва проснувшихся утром следующего дня, отправиться не в пирожковую, а в супермаркет за продуктами для собственного завтрака на лоне ласковой нормандской природы. Пока четвёрка моих спутников проводила торговую операцию, я сбегал в порт за снимками тех же красот, что радовали нас накануне, только в оптимистичном утреннем освещении.

Просто фонарь.

***

Мы ехали в Камбремер, в хозяйство Пьера Уэ, где собирались отведать фирменного кальвадоса, разрекламированного в путеводителях по Нормандии. В багажнике томились закупленные в магазине настоящий французский багет – длинный белый батон с хрустящей корочкой, ветчина, хамон, колбаса чериза,  паштет,  набор сыров с плесенью и сыр чедр, пента соус, салатные листья зелёные и красные, томаты, сидр, йогурты, соки, молоко. Но таких, как в Фекане, оборудованных площадок для пикника, увы, не было. Более того, остановиться на случайной лужайке не получалось, ибо вдоль дороги тянулись бесконечные ограждения и не было съездов.

Кальвадос Пьера Уэ.

Наконец, уже изрядно голодные, мы заметили пустую автостоянку на три авто около небольшого строения на обочине трассы. Оказалось, это была мэрия сельского поселения, не работавшая в утренние часы. Мы уже начали раскладывать на капоте продукты, но вдруг разглядели в череде кустарника напротив мэрии хороший травянистый съезд с дороги. Оказалось, что это был въезд во владения местного фермера, перегороженный не солидными деревенскими воротами, а тонкой цепочкой, натянутой между двумя малыми столбиками. Люди мы все начитанные и знали, что за вторжение в частное владение без разрешения в свободной Европе можно получить серьёзные неприятности. Замка на цепи не было, обстановка умиротворяла: в саду спели яблоки, под яблонями овечье стадо жило своей жизнью, подбирая падалицу, попутно проясняя свои овечьи мироощущения. Мы решили, что хозяин очевидный демократ и собак на нас спускать не станет. А, может быть и вовсе не узнает о нашем случайном пикнике. Далеко не пошли, перешагнули за цепочку и, расстелив на придорожном разнотравье газеты, накрыли стол.

Взаимоотношения полов.

Тут-то и появился хозяин усадьбы. Нам ничего не оставалось делать, как здороваться, улыбаться, старательно делать вид, что ничего особенного не происходит. Мы даже пригласили слегка опешившего француза к столу. Мужик и вправду оказался покладистым, изгонять нас не стал, но от трапезы отказался. Завтракали мы аппетитными сэндвичами, которые сотворили, надрезав багет с одного боку, наложив внутрь ассорти из закупленных продуктов. Получилось сытно, и до ужина о еде мы не вспоминали.

Идея завтрака продуктами из супермаркета нам понравилась – вкусно и существенно дешевле, нежели в общепите, но от пикников дружно отказались, решив накрывать стол в гостиничном номере, а не скитаться по обочинам частных владений, не ведая, куда приткнуться. Это не Россия с её необъятными неогороженными и гостеприимными просторами.

В музее.

В хозяйстве, которое занимается производством кальвадоса, мы посетили музей, осмотрели стенды и различные перегонные аппараты. С недоверием узнали от  экскурсовода, она же была и хозяйкой бара, что после перегонки самогон помещается в дубовые бочки и до двухлетнего возраста, оказывается, вообще внутрь не принимается, используется как добавка при приготовлении пищи и для технических нужд. Мы, уже отведавшие первача в порту Онфлёра, непринуждённо шутили по поводу такой сомнительной «сдержанности» французских алкашей и коварного лукавства портовых рестораторов. Барменша раздавала нам на пробу различные сорта сидра, смеялась вместе с нами и продолжала развлекать нас околокальвадосными тонкостями: пить кальвадос рекомендуется, начиная с шестилетнего возраста (имеется в виду, конечно же, срок выдержки спиртного напитка), а уж если выпивать, как следует, то не менее чем пятнадцатилетний. Мы глотали дегустационные порции кальвадоса возрастающей выдержки, находили, что с возрастом и числом выпитых рюмок напиток всё меньше обжигает горло, теряет вкус яблок и самогонный аромат, наоборот набирает аристократичности заповедной дубравы и вызывает всё более очевидное желание начать закусывать. Но предположение, что в реальной оренбургской жизни можно надраться кальвадосом пятнадцатилетней выдержки породило в нас определённое недоверие, которое можно объяснить только приличной ценой выдержанного напитка. В заключение мы прикупили три бутылки разного сидра, бутылочку кальвадоса пятнадцатилетней выдержки, и вообще понравились начальнице дегустационного отделения сельского винзавода, а она – нам. Мы, было, решили, что по совокупности с задушевным общением получили бонус – бесплатную дегустацию, но по возвращении домой я прочитал, что бесплатно спаивают всех посетителей хозяйства.

Достижения Пьера Уэ.

Начиная с 1865 года семейство Уэ выращивает множество сортов яблок, и производит кальвадос. За долгие годы настолько преуспело в возгонке сидра и смешивания полученного от разных сортов яблок спирта в хитрых секретных пропорциях, что обрело широкую известность и получило множество наград на различных выставках и соревнованиях местных «самогонщиков».

Только гурманы, пробуя выдержанный кальвадос, способны отличить, какие сорта яблок объединились в конечном продукте, в какой провинции эти яблоки взросли. Всем выпивающим хочется простого: чтобы напиток не драл горло, не вонял и, чтоб голова наутро не болела. И в наши дни вопрос этот благополучно разрешился. С построением свободного общества и развитием частной торговли в широкие массы населения активно внедрился самогонный аппарат заводского изготовления и очень хорошего качества. Были освоены революционные технологии по очистке и ароматизации выходного напитка путём настаивания на натуральных продуктах. Всё это кардинально решило проблему похмелья. А, если настоять яблочный самогон на дубовой щепе, то и получится почти кальвадос. Проще говоря, я точно знаю, что оренбургские умельцы делают качественный «кальвадос», правда, не имеющий торговой марки и не зарегистрированный в Российском Федеральном реестре алкогольной продукции, как, например, напитки Пьера Уэ.

Время познавательной экскурсии.

 

 

 

Делились

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *