Дайте воздуха, дайте простора!

Предлагаем к чтению новую подборку Елизаветы Курдиковой!

***
Неужели я вправду сходила с ума?
Больше памяти знает молчанье.
Возвела терема ледяная тюрьма,
Отстояла с морозом венчанье.

Отгорела, упала свеча на рушник,
И метель закружилась с бокалом,
И подруга-соперница, черный двойник,
Улыбнулась звериным оскалом.

Восходила заря, поднималась заря,
Петухи по околицам пели.
Потерял мой набат своего звонаря
В ледяном обескровленном теле.

***

“Здесь дружат Тора и Коран”…
Из гимна города
.

Дайте воздуха, дайте простора,
Город мой, я поникла от ран!..
Но смеется надменная тора,
И молчит кровожадный коран.

Поединок молитв и проклятий,
Всполох пыли, сиянье забрал,
Не отпустит из жарких объятий,
Удушающий Южный Урал.

И разгульной заблудшей метелью,
Отсечет все земные пути…
Он приманит широкой постелью,
И ветрами из щедрой горсти.

Но, когда предрассветной порою,
Спотыкаясь о мерзлую пядь,
Я бегу – он встает предо мною,
Он добычи не хочет терять.

***

Анастасии Устиновой

Не ревнуй поэта-маму
К слишком дерзкой пришлой мне!
Мы спалили эту драму
На сценическом огне.

Мне не быть с тобою нежной,
Да и есть ли в том нужда? 
Станет дружбой неизбежной
Неизбежная вражда.

Поведешь сурово бровью,
И увидишь: мир притих –
Роковою Волжской кровью
В нас рокочет русский стих!

Из разорванного круга
Мы идем на зов огня,
Тайна вечности, подруга,
Соплеменница моя!

***
Я склоняю покорно главу,
Страхом смерти отныне не мучась.
Словно шутку, ан нет – наяву
Принимаю жестокую участь.


Наигравшись с безумной судьбой,
Я доспехи надену на плечи,
И она поведет за собой
В ту страну, что отсюда далече.

Знаю, в том безнадежном краю
Ветры буйны, орудия остры…
Мы сойдемся в последнем бою:
Поединщицы, смертницы-сестры.

***
Вы-то вольницы, мне – затворнице
Вихрем буйным взлететь не можется.
Подойду к закатной околице
Да поплачу, а там – как сложится.

Не помогут туманы хладные
И не выручат ливни вешние,
Все-то вольницы – девки ладные,
Да завидно и сладко грешные!

Вам и слезы мои – забавушка,
Вам и смех мой – речушка горная,
Ой шуми ты, шуми дубравушка,
Под ветрами склоняйся, гордая!

Заливается светом горница,
Под застрехой щебечет птицею,
И гуляет моя-то вольница
На четыре стены с божницею.

***
В литературной адовой среде –
Простите братья, не взыщите сестры –
Мы все друг другу в счастье и беде
Враги, покуда перья наши остры!

Нас закалил нещадный литпроцесс,
Рука об руку с обществом и прессой.
Июньским ливнем заливаем стресс,
Закусываем манною небесной.

С богатых нас не взыщешь ни гроша – 
Мы сердце истощаем на бумагу,
Красноречивой горечью дыша,
Разлуке подлой дали мы присягу.

Не от того ли мнится дуракам
Земной покой на бледных наших лицах,
Что улыбаясь будущим векам,
Судьбу несем в ежовых рукавицах?

***

Отдается разлука в виски,
Током крови – горячим набатом..
Я лечусь от постылой тоски
То слезами, то смехом, то матом!

Пощади, позабудь–позабавь,
Не бери за холодную руку!
В миражи укрывается явь
И на радость зовет, как на муку.

Мне, не знавшей салонных утех,
Не видавшей дворянского бала,
Отродясь предостаточно тех,
С кем делю нераздельность бокала!

***

Я несу до последнего вздоха
Снегопады усталых небес,
Пусть смеётся зевака-пройдоха,
Свирепеет неистовый бес.

За безлюдным седым километром,
К одичалой луне напрямик,
Он оскольчатым яростным ветром
Перекроет отчаянный крик.

Обречённо застынут сугробы,
И со скрипом оглохнут леса,
Приоденется в белую робу
Евразийских широт полоса.

Белым пламенем стелет пороша,
Придорожные тянет столбы,
Невесомая тяжкая ноша,
Неразгаданной русской судьбы.

***

Москва меня, увы, не ждёт,
Не отпускает алчный Орен!
Мой несвободный певчий взлет
Неумолим, трагичен, вздорен.

Невыездная, в сотый раз,
Терзаюсь дольнею дорогой,
И зорким светом ваших глаз,
Безвыходностью жизни строгой.

Я вижу вдруг: Сущевский вал,
Присыпанный дорожной ложью,
В порыве нежности припал
К лихому вашему подножью!

Воскресла вдруг от зимних нег
Обманчивая вечность лета…
Но Оренбургский скучный снег
Продолжил действие сюжета.

Москва меня, увы, не ждет,
Не сыпет порохом и солью,
Забил окно печальный лёд,
И грудь сковал всесильной болью.

Делились

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *